РечиПубликацииИнтервью | Rambler's Top100

Поиск по сайту:
Rambler's Top100
Яндекс цитирования



ТРИБУНА : ИНТЕРВЬЮ

Адвокат Яртых И.: «Коллегии умерли. Да здравствуют коллегии!»
После вступления в силу Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" адвокатское сообщество пребывает в состоянии легкого транса. Подавляющее большинство адвокатов по опросам нашей газеты еще плохо представляют себе, каким образом они будут работать в новых условиях. Особо тяжкие думы одолевают отдельных функционеров от адвокатуры. На вопрос корреспондента газеты "Бизнес-адвокат", каким представляет свое будущее адвокат П., входящий в руководство МРКА, он со вздохом ответил: "Я вообще не уверен, что останусь адвокатом. Посудите сами, мне до сих пор не приходилось задумываться о хлебе насущном. Я получал в президиуме стабильную зарплату, да еще и мог выбирать для себя дела по вкусу из тех, которые напрямую шли через нас. А что же теперь? Сам ищи себе клиента, сам думай, как обеспечить нормальный уровень, да еще и взносы в палату плати...".
Да уж!

Только такая позиция едва ли встретит сочувствие у тех адвокатов, которые, не став дожидаться в обшарпанных консультациях милости от клиентов, создали в лихое десятилетие прошлого века собственные кабинеты, бюро и конторы. По свидетельству адвоката МОКА Игоря ЯРТЫХ, согласившегося дать интервью специально для сайта www.bestlawyers.ru, в период, когда адвокаты делали не фиксированные, а процентные (от гонораров) отчисления в общую казну коллегии, на долю таких подвижников, составляющих всего 1-2 % от общей численности членов коллегии, приходилось от 60 до 80% всех поступающих в нее средств. Как тут не опечалиться господам, привыкшим питаться от общего пирога, но совершенно не способным выпекать свои собственные?! Кстати, Яртых тоже являлся членом президиума, но жил, что называется, на свои. Его детище - адвокатское бюро "Яртых" встретило перемены с поднятым забралом. Игорь Семенович расстается со старой коллегией с легким сердцем, но по-прежнему остается областным адвокатом, его имя внесено в реестр Московской областной адвокатской палаты. Впрочем, у него к новому закону есть собственные претензии.
—Несмотря на то, что адвокатский закон вымучивали в Думе добрые пять лет, - говорит Игорь Семенович, - создается впечатление, что его писали дилетанты. Все поставлено с ног на голову. Теперь и коллегия - уже не коллегия в прежнем понимании этого слова, и бюро - не бюро. Совершенно непонятно, почему нельзя было при определении деятельности адвокатского бюро взять за основу сложившуюся ныне практику, тем более что она выработана самим временем? Нет! Разработчики закона подошли к определению понятия партнерства буквально, возложив на участников сего безнадежного предприятия поистине кабальные взаимные обязательства.

Действительно, картина нарисованного авторами закона адвокатского бюро выглядит удручающе: это своего рода мини-коммуна, где не только адвокаты-партнеры, но и руководитель образования начисто лишены самостоятельности и скованы по рукам и ногам единой партнерской цепью. В итоге руководители ныне действующих адвокатских бюро встали перед необходимостью отказаться от данной формы деятельности, ибо закон разрушает не только существующую в них иерархичность, но и перечеркивает годами складывающиеся традиции, правила, приемы и способы деятельности. В каком же виде войдут в новые реалии нынешние адвокатские бюро? У большинства из их руководителей ответ на этот вопрос уже готов: в виде коллегий.

—Не получится ли так, - задаю я вопрос адвокату Яртых, - что на пути к этой цели возникнет два непреодолимых препятствия: с одной стороны - притязания бывшей коллегии, из которой вы уходите под хлопающую дверь, с другой - притязания ваших коллег, которые были отданы вам на попечительство той же коллегией?
—Во-первых, я никому ничего не должен. Это помещение, этот стол, этот компьютер, вся эта фирма созданы моим трудом и на мои деньги. Коллегия не вложила сюда ни копейки. Но и не мешала - спасибо ей за это! Во-вторых, сегодня действительно в составе бюро есть сотрудники, представляющие некий балласт. Увы! Новый закон работает не на них. Выступая инициатором создания новой коллегии, я позабочусь о том, чтобы составить такой устав и такой договор, которые бы не стесняли меня в полномочиях. А дальше уже дело техники. Поверьте, я найду законные пути и способы отсечь бездельников и иждивенцев.

—Куда же им податься?
——А, наверное, туда же, куда и господину П., о котором вы мне рассказывали. Может быть им лучше вообще сменить профессию.
Легко сказать... На самом деле вопрос непростой. Те, кому в новых независимых адвокатских структурах дадут от ворот поворот, скорей всего, побегут к своим покровителям из президиумов старых коллегий, которые до последнего будут сражаться за место под солнцем новой адвокатуры и, естественно, заинтересованы в ланцкнехтах любого качества. Во всяком случае, на сегодняшний день, когда все вопросы нового внутреннего устройства адвокатуры будут решаться коллегиально, - их более всего волнует не качество, а количество адвокатов, встающих или остающихся под старыми знаменами. Ибо количество - это и голоса на форумах, и деньги в корпоративных кошельках, из которых они привыкли черпать в собственных интересах. Разумеется, данные рассуждения ни в коем случае не относятся к коллегиям российской глубинки, члены президиумов которых отнюдь не жируют на адвокатские взносы, едва поддерживая вверенную им инфраструктуру. Минует чаша сия и малочисленные столичные коллегии-труженики типа "Адвокатской палаты" Юрия Костанова или московской "Защиты", где председатели не получают за должность ни гроша и пашут наравне с рядовыми адвокатами.

—Что, по вашему мнению, ожидает старые коллегии в новых условиях? – вопрос к адвокату Яртых.
—Развал.

—Но руководство коллегий и многие адвокаты так не считают. На проходящих сейчас собраниях и совещаниях в целом ряде уважаемых коллегий, таких как Московская городская, Московская областная, Межреспубликанская, Санкт-Петербургская городская, в коллегиях Гильдии российскаих адвокатов звучат голоса в пользу того, чтобы оставить все как было. То есть переучредиться в прежнем составе и поручить прежним президиумам вести организационную работу. Это мнение адвокаты основывают на том, что нельзя, мол, поступаться традициями, что важно сохранить прославленные бренды МРКА, МОКА и им подобные. Ради этого они готовы даже платить двойные взносы - в общую региональную палату и в президиумы своих старых коллегий.
—Послушайте, от того, что подмосковные адвокаты вместо подмосковной коллегии окажутся в подмосковной палате традиции не ослабнут. Напротив, мы будем их крепить и приумножать. Давайте поставим вопрос другим образом: кому выгодно сохранять прежние структуры в неприкосновенности? Адвокатам? Нет! Я, например, будучи членом Московской областной адвокатской палаты, не собираюсь кормить президиум своей бывшей коллегии, при всем моем уважении к ее прославленному имени. Прежние структуры изжили себя. Консультации в их нынешнем виде в своем большинстве - полумертвые учреждения. Зайдите в любую – вы не увидите там посетителей. Дежурный адвокат коротает время за чтением газет либо занимается проблемами собственных клиентов. В Центральной консультации МОКА и ее филиалах числится свыше 300 адвокатов. Застать их на официальном рабочем месте практически невозможно, да и не хватает на всех этих рабочих мест. У каждого адвоката - свои завязки, свои альянсы, свои клиенты. Я больше чем уверен, что наиболее деятельные из них уйдут сейчас в новые структуры или создадут свои бюро, кабинеты и коллегии. Понятно, что с прежней коллегией им не по пути.

—Но ведь председателю президиума МОКА А.П. Галоганову тоже не выгодно держаться за старую структуру. У него есть все шансы занять кресло председателя Московской областной адвокатской палаты.
—Берите выше! Как президент Федерального союза адвокатов он может претендовать на руководство всей адвокатурой России. Остаются члены президиума и старая адвокатская гвардия, кому перемены явно не по нутру. Вот это и есть тот слой, который будет делать все, чтобы сохранить прежнее положение вещей. Но это, на мой взгляд, труд напрасный. Старым коллегиям осталось жить максимум два года. Они будут сжиматься как шагреневая кожа и в лучшем случае станут такими же компактными и работающими образованиями как вновь создающиеся адвокатские структуры.

—А как же балласт, Игорь Семенович, о котором мы с вами говорили в самом начале?
—Этим людям придется либо уйти, либо научиться работать по-новому. Третьего не дано.

—Вы сказали, что у Алексея Павловича Галоганова очень высокие шансы стать Президентом Федеральной палаты адвокатов России. Но ведь известны и другие фигуры, пользующиеся большим влиянием, как в адвокатском сообществе, так и в правительственных кругах. Разве меньше шансов, скажем, у Президента Гильдии российских адвокатов Гасана Борисовича Мирзоева?
—Мирзоев допустил две стратегические ошибки: в борьбе за законопроект об адвокатуре не пошел на контакт с Федеральным союзом адвокатов и протащил в закон положение о возможности создавать филиалы адвокатских структур в регионах. Тем самым оттолкнул от себя региональных лидеров и потерял союзников на адвокатском олимпе.

—С этим можно поспорить. Мирзоев достаточно силен, чтобы не вступать в альянсы, и достаточно влиятелен, чтобы убояться мнения "самостийщиков" из глубинки, тем более, что в состав Гильдии входит ряд влиятельнейших коллегий: три петербургских, две в Нижнем Новгороде, Владимирская, Вологодская, Калужская, Пензенская, Оренбургская, Челябинская и многие другие. Кроме того, есть и другие претенденты…
—Вы имеете в виду Бабурина? Его политическим маневрам можно позавидовать. Он истоптал все дорожки властных структур, имеющих возможность оказывать влияние на подготовку и проведение предстоящих выборов. Но авторитетом в адвокатской среде Бабурин не пользуется. Непосредственно на адвокатском поприще он себя никак не проявил и потому не имеет морального права претендовать на роль руководителя адвокатского сообщества. Его считают выскочкой. И я по-прежнему убежден, что наиболее высокие шансы стать Президентом Федеральной палаты у Алексея Павловича Галоганова.

—Что ж, поживем увидим. Благодарю вас за беседу.

Интервью провёл Александр КРОХМАЛЮК,
координатор проекта "Лучшие адвокаты России"


СЛЕДУЮЩИЕ ИНТЕРВЬЮ:

Адвокат Сергей ЖОРИН: ЦЕНА НЕДОБРОГО СЛОВА
Ольга КУКСА: "РАБОТОДАТЕЛЬ НУЖДАЕТСЯ В ЗАЩИТЕ"
Елена ДМИТРИЕВА. «БРАЧНЫЙ КОНТРАКТ» С ТЕЛЕВИДЕНИЕМ
Михаил ВИНОГРАДОВ: «ХОРОШЕГО ЭКСПЕРТА ПРОВЕСТИ ТРУДНО»
Дмитрий МИТЮРИЧ: «НИКОГДА НЕ ГОВОРИ НИКОГДА»
В. МИРОНОВ: «ОСНОВНОЙ ВОПРОС ТРУДОВОГО ПРАВА: СКОЛЬКО ТРУДИТЬСЯ И ПОЛУЧАТЬ ЗА СВОЙ ТРУД»
Александр Гуров: "Сегодня произошло огосударствление мафии"
Адвокат Л. Ольшанский: "Надо бороться со страхом и набираться знаний..."
Адвокат Р. Закалюжный: "В "деле Чубайса" многое будет зависеть от порядка выбора присяжных"
Адвокат Ю. Пилипенко: "Компромисс не означает поражение"
"Автограф" адвоката Брутяна
Адвокат Светлана Добровольская: «Люблю дела интересные!»
Адвокат Семен Ария: "Отношусь к себе с юмором"
Адвокат Константин Рыбалов: "Настоящих побед без поражений не бывает!"
Адвокат Юрий Костанов: "Суд на суд, а не рассуд."
Адвокат Павел Астахов:
Адвокат Генри Резник: "Клиент не всегда прав"
Адвокат Анатолий Кучерена: «Несправедливый приговор – это поражение идеи справедливости»
Адвокат А. Глашев: «Наша футбольная сборная, несомненно, поедет на европейский чемпионат»
Архив новостей

Любой из материалов, опубликованных на этом сервере, не может быть воспроизведен в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.


© Домашний адвокат, Москва, 2011 г.
Email: info@bestlawyers.ru
Разработка сайта:
ВебСервис Центр