Недвижимость "уводили" даже у прямых наследников
В целой серии мошеннических действий с квартирами умерших граждан обвиняется Мосгорпрокуратурой 39-летний нотариус Елена Костикова. Как установило следствие, она составляла поддельные нотариальные завещания по заказу членов столичных ОПГ. За каждую сделку Костикова получала от 5 тысяч долларов и выше (в зависимости от стоимости квартиры). Во время обыска в офисе нотариуса был обнаружен сертификат на несколько миллионов долларов, выданный одним из швейцарских банков. Сама Костикова успела скрыться и сейчас находится в розыске.

Богатая наследница
История, благодаря которой следствию удалось выйти на мошенницу, оказывавшую услуги едва ли не половине столичных криминальных группировок, специализирующихся на махинациях с недвижимостью умерших граждан, началась в 2001 году. 24 февраля в своей квартире при невыясненных обстоятельствах был убит предприниматель Григорий Резяпкин, возглавлявший ООО 'Многоотраслевая фирма 'ВЭЛ-э' (курсы английского языка). После его гибели выяснилось, что он обладатель дорогой недвижимости - трех квартир на Малой Дмитровке, Тверской и Башиловской улицах, а также большого нежилого помещения на Малой Дмитровке.

Во время похорон, когда о наследстве никто из родственников еще не помышлял, к приехавшей из Донецкой области племяннице Резяпкина Лилии Грачевской подошел Антон Бадиловский, назвавшийся приятелем погибшего. Сообщив, что на имущество Резяпкина «много желающих», молодой человек от имени некоего фонда ветеранов Афганистана предложил Грачевской содействие в решении вопроса связанного с наследством. В частности, Бадиловский заявил, что племянница может продолжить заниматься бизнесом своего дяди, за что ей будет отчисляться определенный процент. Взамен женщина должна была отказаться от претензий на недвижимость на Малой Дмитровке стоимостью более полумиллиона долларов. Квартиры на Тверской и Башиловской улицах Бадиловский согласился оставить Грачевской.

Впрочем, соглашения достичь не удалось. 'Я, мой отец, брат и сестры Геннадия являемся законными наследниками, и все, что принадлежало дяде, и без вашей помощи перейдет по наследству к нам', - заявила Грачевская. Бадиловский не нашелся что ответить и, процедив сквозь зубы, что она еще об этом пожалеет, ушел.

Липовое завещание
Через некоторое время наследница, собрав все необходимые документы, подала их в нотариальную контору по месту открывшегося наследства.

23 августа 2001 года Грачевская, придя к нотариусу узнать, как продвигаются ее дела, неожиданно столкнулась в дверях с Бадиловским. Еще большее удивление ждало наследницу в кабинете нотариуса, где Грачевской заявили, что объявился еще один наследник - Антон Бадиловский. В подтверждение этого девушке был продемонстрировано завещание, скрепленное подписью нотариуса Костиковой.

'Если не уедешь, ляжешь рядом со своим дядей', - пригрозил «новый наследник' вышедшей из кабинета Грачевской. Придя в себя, племянница Резяпкина обратилась с заявлением в Чертановскую межрайонную прокуратуру и Нагатинский суд о признании завещания Бадиловского недействительным. Узнав об этом, адвокат последнего Евгений Саушкин неожиданно явился к следователю ОВД «Чертаново-Северное», которому было поручено заниматься этим делом, и заявил, что все изложенное в заявлении Грачевской вымысел. Чтобы удостовериться в этом, предложил организовать проведение почерковедческой экспертизы завещания Бадиловского в Институте криминалистики ФСБ РФ. Вскоре у следствия появилось авторитетное заключение о том, что подписи на представленном на исследование завещании в пользу Бадиловского «выполнены рукой Резяпкина». Позже следствие установит, что у адвоката Саушкина, в прошлом сотрудника КГБ СССР, остались довольно хорошие связи в родном ведомстве, чем он и воспользовался. Как бы то ни было, но тогда дело было закрыто за отсутствием состава преступления.

Оборотистый нотариус
Лишь в мае 2003 года Мосгорпрокуратура в порядке надзора возобновила следствие. «В ходе проверки всплыли еще более 30 эпизодов, в которых на завещаниях стояла подпись нотариуса Костиковой. Причем в один день она умудрилась «оформить» более 10 завещаний в разных концах Москвы, что даже чисто теоретически вряд ли возможно», - рассказали ГАЗЕТЕ в Мосгорпрокуратуре.

В частности, досконально разобравшись в деле с недвижимостью убитого Резяпкина, следствие установило, что поддельными были не только его подписи, но и бланки всех документов. Они были отпечатаны на лазерном принтере в офисе адвоката Саушкина. В итоге Бадиловскому предъявили обвинение в покушении на мошенничество, и сейчас его дело слушается в Басманном суде. А в ноябре 2003 года и Нагатинский суд признал завещание Бадиловского недействительным. В отношении же Саушкина дело было выделено в отдельное производство.

Кроме этого, как следует из материалов дела, в период с 1999 по 2003 год ОПГ, возглавляемая 'черным маклером' Еленой Ивановой, по сговору с участковыми и сотрудниками ЖЭКов c помощью все того же нотариуса Костиковой мошенническим путем присвоила несколько приватизированных и муниципальных квартир в Кунцевском районе (дело рассматривается в Кунцевском суде. - ГАЗЕТА). Причем порой мошенникам удавалось уводить жилье буквально из-под носа даже у прямых наследников. Так им удалось заполучить двухкомнатную квартиру на Кунцевской улице, где проживала одинокая 82-летняя Клавдия Степанова. О том, что женщина умерла, ее родственники, живущие на соседней улице, узнали только через год.

Не менее предприимчивыми оказались заместитель гендиректора агентства недвижимости «Волоцкие дома - Козиха» Михаил Шмелькин и председатель ЖСК ведомственного дома ФСБ на Большой Грузинской улице Дмитрий Лосев. Узнав, что в доме одна за другой умерли проживавшие в одной квартире пожилые сестры и о том, что у них не осталось наследников, Лосев долго ломал голову над тем, что делать с бесхозной жилплощадью. В итоге пришел за консультацией в агентство Шмелькина. Мужчины довольно быстро нашли общий язык. Риелтор взялся самостоятельно оформить весь пакет липовых документов от имени одной из умерших старушек. В итоге Костикова задним числом оформила очередное липовое завещание и квартира перешла в собственность сводной сестры Шмелькина. После ее продажи Лосев должен был получить 20 тысяч долларов. В итоге аферу удалось раскрыть. Шмелькину и Лосеву предъявили обвинения в мошенничестве (сейчас это дело слушается в Пресненском суде. – ГАЗЕТА).

В данный момент следствие разбирается еще с несколькими сомнительными сделками с недвижимостью, нотариальные завещания на которые были оформлены Костиковой. Впрочем, допросить самого нотариуса не представляется возможным. Дело в том, что на первоначальном этапе следствия Костикова проходила по делу в качестве свидетеля и добросовестно являлась на допросы, заявляя о своей непричастности к махинациям. Однако в октябре 2003 года, когда у следствия появились неопровержимые улики против Костиковой и ее вот-вот должны были арестовать, она скрылась. Причем бегство, судя по всему, было настолько поспешным, что нотариус не успела забрать из своего офисного сейфа не только документы, но и сертификат на несколько миллионов долларов, выданный швейцарским банком. 23 декабря 2003 года Костиковой предъявили обвинение в мошенничестве и объявили в розыск.

www.gzt.ru