Первый заместитель Председателя Президиума Межреспубликанской коллегии адвокатов, заслуженный юрист Российской Федерации.
     Родился 28 марта 1950 года. В 1977 году с отличием окончил юридический факультет Военно-политической академии имени В.И. Ленина. В 1977 – 1980 годах – работал в органах прокуратуры. С 1981 года занимается адвокатской деятельностью. С 1982 года (со дня основания МРКА) постоянно избирается членом Президиума, с 1985 года – заместитель Председателя, а с 1994 года по настоящее время – первый заместитель Председателя Президиума МРКА.
     Специализация: уголовное право, представительство в судах общей юрисдикции и арбитражных судах, защита по экономическим преступлениям. Регулярно выступает со статьями и материалами в ведущих юридических изданиях России.
     За многолетнюю деятельность Ю.Г. Сорокиным была оказана юридическая помощь более чем трем тысячам граждан. По ходатайствам адвоката были прекращены уголовные дела на предварительном следствии в отношении 150 человек, судами вынесены оправдательные приговоры в отношении 11 человек, в порядке судебного надзора отменено 8 приговоров в отношении незаконно осужденных граждан.
     Участник ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС в 1987 году. В свое время защищал директора Чернобыльской АЭС, добившись полного восстановления справедливости по отношению к своему доверителю.
     Принимает активное участие в деятельности Федерального союза адвокатов России и Международного Союза (Содружества) адвокатов, а также в разработке законопроектов, в том числе нового Закона об адвокатуре.
     Награжден Золотой медалью имени Ф.Н. Плевако, медалью Анатолия Кони.
     Хобби: лыжи, нумизматика.

ак случилось, что значительная часть тех, кого доводилось и доводится защищать Ю.Г. Сорокину, – люди, наделенные служебными полномочиями: чиновники, военнослужащие, руководители различных учреждений и организаций, необоснованно обвиненные в коррупции, хищении и взяточничестве. Наиболее характерным в этом плане можно назвать дело прокурора одного областного центра. Сотрудники Управления по расследованию особо важных дел Генпрокуратуры РФ предъявили ему весь букет соответствующих обвинений – от злоупотреблений до взяточничества.
     Когда в одно прекрасное утро жители областного центра узнали об отстранении от должности городского прокурора, это не стало для них неожиданностью. Чуть раньше в центральной газете появилась статья, в которой живописались злоупотребления блюстителя законности и указывалось на его небескорыстные связи с местной бизнес-элитой. Словом, все началось по накатанной схеме: журналист вскрывает факты – компетентные органы реагируют. Наверное, и результат мог быть соответствующим: загодя осужденный общественностью прокурор-коррупционер несет заслуженную кару. Но случилось иначе.
     Хорошо знающий нравы родного ведомства отстраненный от должности прокурор еще до того, как ему предъявили обвинение, оказавшись в Москве, обратился в Межреспубликанскую коллегию адвокатов с просьбой оказать ему правовую помощь и поддержку. Эта предусмотрительность опытного юриста и чиновника как раз и позволила предотвратить запланированную расправу.
     Что же вменялось человеку с 20-летним стажем прокурорской работы, совсем недавно удостоенному звания заслуженного юриста России? То, что в условиях недостатка бюджетного финансирования (1993 год!) он согласился на оказание прокуратуре помощи за счет внебюджетных средств органов местного самоуправления, а также принял от одной из фирм необходимое имущество и оргтехнику. Поводом для таких обвинений послужили заявление некоего гражданина и показания руководителя фирмы, отбывавшего в это время наказание за мошенничество.
     Все эти факты – о фондах и оргтехнике – были хорошо известны и без добровольных информаторов. Как городские, так и областные власти понимали, что двухпроцентное от потребностей финансирование горпрокуратуры неизбежно приведет к остановке ее работы, и нашли, пожалуй, единственный способ предотвратить катастрофу. Причем в полном соответствии с законом. Указами Президента России (от 12.02.93 г. № 209 и др.) и постановлениями Правительства РФ (от 20.06.92 г. № 408 и др.) в то тяжкое время местным властям, предприятиям и организациям предлагалось оказывать правоохранительным органам материальную поддержку.
     Наиважнейшее обстоятельство: все, что в обвинительном заключении обозначалось как незаконное приобретение, а то и как личное подношение прокурору (взятки!), изначально оприходовалось в полном соответствии с действующими правилами и до сих пор состоит на балансе либо городской, либо областной прокуратуры. В чем же в таком случае выражался корыстный мотив или "иная личная заинтересованность" городского прокурора – необходимые элементы взяточничества и должностных злоупотреблений?
     Все эти правовые и житейские аргументы адвокат Ю.Г. Сорокин излагал в многочисленных ходатайствах и жалобах, ставя вопрос о немедленном прекращении надуманного дела. Однако каждый раз получал формальный отказ со ссылкой, что дело возбуждено обоснованно. Исчерпав возможности борьбы аргументов, защитник с обвиняемым прокурором решились на крайнюю меру – выразить недоверие следственной группе с просьбой передать дело в подразделение, непосредственно не связанное по службе с опальным прокурором.
     И на этот раз они были услышаны. Генеральный прокурор распорядился передать дело из Управления, его возбудившего, в отдел по надзору за расследованием особо важных государственных преступлений. Как и предполагал адвокат, заключение непредвзятых специалистов полностью совпало с позицией защиты. Они высказались за прекращение дела как за отсутствием состава, так и события преступления. Подзащитному принесли извинения, он вернулся к исполнению прокурорских обязанностей.