начале 90-х много говорилось об аресте в Ленинграде членов одной преступной группировки. Об этом, как об очевидной победе органов внутренних дел, доложил на Съезде народных депутатов сам министр внутренних дел.
    В ходе предварительного расследования этого нашумевшего в свое время дела Семеняко осуществлял защиту Владислава Карпичева (фамилия изменена). По версии обвинения, многочисленным выступлениям СМИ, а значит, и в глазах общественного мнения Карпичев был ярким представителем криминальных авторитетов, одним из лидеров преступного мира.
    В определенный момент срок содержания под стражей Карпичева должен был закончиться. Для того чтобы оставить его за решеткой, не добиваясь разрешения на продление срока нахождения под стражей, следствие решило начать процедуру ознакомления с материалами дела, что по тогдашним законам не входило в срок содержания под стражей.
    Проанализировав ситуацию с точки зрения процессуального законодательства, Семеняко потребовал от следственных органов соответствующий протокол предъявления томов дела на ознакомление, график, словом, все то, что положено по закону. Ходатайство было заявлено до истечения срока содержания Карпичева под стражей.
    Постановление об отклонении ходатайства адвокат получил после истечения этого срока. То есть, по существу, следственные действия совершались тогда, когда они уже не должны были совершаться. По этой причине и другим фактам, свидетельствующим о том, что на самом деле расследование по делу не закончилось, и что это не что иное, как игнорирование достаточно четких указаний процессуального закона, Семеняко обжаловал действия следственных властей в суд. Не сразу, только с четвертного заседания, произошло то, что и должно было произойти, если в стране существует правосудие: установлены грубейшие нарушения процессуального закона, отсутствие процессуальных оснований для нахождения Карпичева под стражей – и он был освобожден.
    Дальнейшие события поразили юриста Семеняко: спустя пару дней после освобождения по постановлению одного из заместителей прокурора города Карпичев вновь был водворен в следственный изолятор. Его новый арест мотивировался тем, что он-де представляет собой повышенную опасность для общества, что, находясь на свободе, может продолжить свою преступную деятельность, что суд, дескать, всего этого не учел, а потому нельзя согласиться с постановлением народного судьи, освободившего Карпичева из-под стражи. По сути, состоялась отмена постановления судьи постановлением прокурора – случай, из ряда вон выходящий. Разумеется, Семеняко обжаловал это совершенно неконституционное постановление прокурора.
    В конечном итоге суд отменил незаконное постановление и освободил Карпичева из-под стражи. По собственной инициативе судья вынес частное определение в адрес прокуратуры, в котором обратил внимание на незаконность действий в отношении Карпичева и потребовал соответствующих мер в отношении лиц, допустивших эти нарушения.
    В суд над организованной преступной группой Карпичев пришел сам, а покинул его вообще полностью оправданным. Суд пришел к выводу, что в отношении Карпичева и большинства других обвиняемых была допущена следственная ошибка и они безосновательно привлечены к уголовной ответственности.
    Так закончилось еще одно "безнадежное дело", которых в практике адвоката Семеняко было немало.