Адвокат Московской городской коллегии адвокатов. Старший партнер адвокатского бюро "Падва и Партнеры". Член Президиума МГКА. Вице-президент Международного союза адвокатов. Генеральный директор совместного российско-американского адвокатского бюро "Чадборн и Парк – и Союз адвокатов" ("Международные адвокаты").
    Родился 20 февраля 1931 года в Москве. В 1953 году – выпускник Московского юридического института и член коллегии адвокатов.
    Заслуженный юрист Российской Федерации.
    Награжден Золотой медалью имени Ф.Н. Плевако.
    Кавалер почетного знака "Общественное признание".
    Коллекционирует старинный фарфор. Увлекается живописью. Любимые художники: Эль Греко, Утрилло. Из современных мастеров предпочитает творчество Натальи Нестеровой.

амыми значимыми в своей практике Г.П. Падва считает дела, по которым наряду с оказанием помощи конкретному человеку разрешаются принципиальные юридические вопросы, изменяются ошибочные положения, сложившиеся в судебной практике, что в конечном счете может определять судьбы тысяч людей.
    К числу таких дел относится дело Владимира Гризака, обвинявшегося в совершении с особой жестокостью убийства своей жены Ирины и малолетнего сына Кирилла. Гризака защищали адвокаты Г.П. Падва и А.Е. Бочко. В результате их усилий Гризак был судом оправдан и полностью реабилитирован после четырех с половиной лет, проведенных в заключении. Однако деятельность защитников не ограничилась оправданием невиновного. В процессе работы по делу возник вопрос, ответ на который решал участь такого юридического института, как смертная казнь.
    Дело в том, что по предъявленному ему обвинению к Гризаку в качестве наказания могла быть применена смертная казнь. В соответствии со ст. 20 Конституции Российской Федерации обвиняемый, к которому может быть применена смертная казнь, имеет право на рассмотрение его дела судом присяжных.
    Однако он не получил возможности реализовать свое право на рассмотрение дела с участием присяжных, так как его дело было принято к производству Московским городским судом, где участие присяжных заседателей законом не предусмотрено (суды присяжных действуют на территории лишь девяти субъектов РФ).
    Судебная практика допускала рассмотрение дел о преступлениях, за совершение которых возможно назначение смертной казни, судом без участия присяжных в тех регионах, где такие суды созданы не были. В сложившейся ситуации нарушался один из основополагающих конституционных принципов: равенство прав и свобод граждан на всей территории Российской Федерации. Справедливо полагая, что таким образом нарушаются конституционные права их клиента, Г.П. Падва и А.Е. Бочко составили от его имени жалобу, которая была подана в Конституционный Суд Российской Федерации, где интересы и конституционные права Владимира Гризака также отстаивали адвокаты Падва и Бочко.
    Конституционный Суд признал неконституционной существующую практику и указал, что до введения федерального закона, обеспечивающего рассмотрение судом присяжных дел, в которых к обвиняемому может быть применена смертная казнь, на всей территории РФ наказание в виде смертной казни назначаться не может ни одним судом РФ.
    Итак, работа адвокатов не только помогла оправданию невиновного, но и привела к запрещению применения высшей меры наказания (смертной казни) на территории Российской Федерации.
    Весьма интересным является также гражданское дело по иску Г.Д. к П. и Министерству культуры о защите чести и достоинства. Адвокат истца (Г.П. Падва) в обеспечение иска ходатайствовал об аресте имущества ответчика. В связи с этим возник спор о том, может ли применяться арест имущества ответчика в качестве обеспечения иска, имеющего цель защитить нематериальное благо. Вопрос неоднократно рассматривался судами разных инстанций и решался ими по-разному. Окончательное решение было принято Верховным Судом Российской Федерации, который полностью согласился с мнением адвоката Г.П. Падвы. Было признано правомерным использование данной меры обеспечения иска о защите чести и достоинства.
    Решение вопроса, возникшего при рассмотрении этого конкретного дела, внесло значительные коррективы в использование мер, традиционно применявшихся к обеспечению исков.